Антон ЕРМАКОВ

Во-первых, хочу сказать, что никогда не позиционировал себя как историка, как написано в заголовке писем в редакцию газеты «ДВК» от Валентины Ионовой и Л.В.Тиховской. Всегда представляюсь как журналист и краевед. Добавляю, что краевед – начинающий. Никогда не претендую на всеобъемлемость своих знаний, не боюсь и готов признавать ошибки. Но и за правду готов постоять.

За минусом всех эмоций возмущённых членов городского писательского общества им. Геннадия Николаевича Хлебникова и дифирамбов в адрес последнего прихожу к выводу, что претензия в мой адрес по существу одна – то, что я назвал часть творчества Хлебникова враньём. А Валентина Ионова скромно написала – умалчивание. Вот давайте с этим и разберёмся.

Я сказал в интервью Олегу Фролову (и это отражено в статье), что ни слова правды Хлебников в советские годы не написал – о Комсомольске. Я не брал в расчёт его работы, не касающиеся нашего города, приключенческие произведения. Например, мне хочется прочитать приключенческую повесть о золотоискателях «В долине Желтуги», я с интересом читаю приключенческую повесть «Зарницы», очень хочу прочитать последнюю его большую работу — роман «Амурская трагедия», в котором он даёт совершенно нетрадиционный для советской истории взгляд на неоднозначного героя Гражданской войны Якова Тряпицина.

И даже с удовольствием читаю повесть «Хождение за горизонт» о писателе Александре Грачёве, в которую также включено и повествование о Комсомольске. И тоже иногда нахожу в ней несоответствия между идеальной социалистической реальностью и исторической. И сам Грачёв у Хлебникова получается интересным, но каким-то уж очень идеальным человеком. Кто знает, может, он таким и был.

Так что разговор о вранье — это разговор о вранье о Комсомольске. О его строительстве. И вообще о том времени. В частности, книга «На пределе» может вести дуэль со своей предшественницей 1978 года «Испытание доверием». Если кто-то прочитал обе эти книжки, он не сможет не понять, что это – небо и земля. Первая – правда. Вторая – враньё. Или хотите называть это дипломатично – умалчиванием?

Зададим себе вопрос: если человек знал правду, а писал противоположное, он врал? Я считаю, да. Может быть, это резко, может быть, со мной кто-то не согласится. Но уровень советского вранья зашкаливал, так что называть это умалчиванием язык не поворачивается. И я не хочу сказать, что Хлебников злонамеренно вводил всех нас в заблуждение. Нет. Время было такое, что, если бы ты сказал правду, судьба бы твоя сломалась. Я не осуждаю Геннадия Николаевича за то, что он был частью огромной машины-пропаганды. Я не требую от него диссидентства. Каждый делает свой выбор.

За всеми этими разговорами забылось самое главное. Книга. Настоящая. Правдивая. «На пределе». Мне интересно, читали ли её авторы писем? И если да, то как они к ней отнеслись? Я прочитал её дважды. Второй раз уже более осознанно, с глубоким пониманием того, что там написано. По ходу работы над оцифровкой выписал те моменты, которые считаю ключевыми. Я приводил их в своём предисловии к электронному изданию, но хочу более лаконично привести ещё раз, чтобы и авторы писем, и все мы хорошо вдумались в эти строки.

Итак. Хлебников пишет: в Комсомольске были выродки, дураки, которые в то время чувствовали себя вершителями судеб. Милосердие и сострадание для них – слюнтяйство, присущее «гнилой интеллигенции». Строки о воровстве и круговой поруке. О наплевательском отношении к каторжному труду женщин. О начальниках-мародёрах. О тысячах заключённых. О голоде, и не только о том, который был в годы войны. О коррумпированности правоохранительных органов!

Умалчивание, говорите?! Знал ли обо всём этом Хлебников в 1978 году, когда писал «Испытание доверием»? Конечно, знал. Но писал – комсомольцы, добровольцы…

Выродки, мародёры и воры… Вам не страшно? Вы по-прежнему скажете: «Комсомольск – вот главная награда за достойно прожитую жизнь»? А мне страшно. Я вижу корень всех наших сегодняшних проблем в тех самых 30-х годах, и не только в них. Подумайте. Попробуйте не мыслить клише и списком грамот и наград.

И напоследок об алкоголизме. Мы все знаем эти фамилии… Самые яркие, наверное, Шолохов, Фадеев. Секретарь правления Союза писателей СССР, автор знаменитой «Молодой гвардии» впадал в долгие запои, страдал бессонницей и депрессиями. В некрологе о его самоубийстве в 1956 году официальной причиной был указан  алкоголизм. Но незадолго до смерти он сказал своему другу: «Совесть мучает. Трудно жить, Юра, с окровавленными руками».

Читайте книгу. Открывайте глаза. И пусть вас не мучает совесть. Скачать её можно как на сайте редакции газеты «ДВК», так и в группе  ВКонтакте https://vk.com/club163963534

 

 

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована