О задержках зарплаты строителям на возведении значимого для Комсомольска объекта появилась информация однажды на нашем сайте. Озвучили эту ситуацию возмущённые безденежьем строители, которые обратились к одному из депутатов краевой Думы, а также в прессу.

Вскоре после публикации в редакцию пришло раздражённое письмо, в котором подрядчик строительства утверждал, что в полной мере рассчитался со своим субподрядчиком, а тот якобы уже и зажилил деньги своим работникам. Руководитель строительной организации требовал опубликовать опровержение, угрожая судом и всякими казнями египетскими. В процессе разбирательства оказалось, что с нанятыми на стройку рабочими не был даже заключён трудовой договор, что формально вроде бы полностью снимает с работодателя всякие обязанности по выплате любых денег. Дескать, какую зарплату вы можете у нас требовать, если вы даже не трудоустроены? Работали? Строили? А вы докажите…

И всё вроде бы сходится. Да, строители сами виноваты – согласились трудиться за устное обещание каких-то там денег. Да, не потребовали составления хоть какого-нибудь завалящего контракта. Значит, могут только надеяться на то, что работодатель смилостивится и отдаст то, что им причитается. Правильно?

Правильно, да не очень. Схема заключения подобных сделок давно известна. Допустим, есть проект, который нужно реализовать. Чтобы это сделать, муниципалитет или краевое министерство строительства объявляют конкурс, на котором побеждает тот подрядчик, который предложит наилучшую (читай — наименьшую) цену. В результате заказчик радуется экономии средств и планирует по этому поводу премии самому себе, а подрядчик отмечает заключение выгодной сделки, на которой можно неплохо заработать.

Все бы хорошо, если бы эта система заключения контрактов не позволяла выигрывать конкурс фирме, состоящей из… директора и бухгалтера. В иных случаях даже в одном лице. Само собой, заказ нужно исполнять, не то ввек пирогов, то есть, простите, денег не дождёшься. И тогда эта фирма привлекает так называемого субподрядчика, у которого есть то, чего нет у неё самой, – оборотные средства на закупку материалов и исполнение заказа, а также географическая близость к точке строительства. Со своей стороны генподрядчик от суммы контракта откусывает львиную долю себе на зарплату, а оставшиеся деньги предлагает субподрядчику, и тот уже должен так выкрутиться, чтобы на обещанную сумму и объект построить, и сковородку не помыть. А для этого нужно экономить, причём весьма серьёзно.

А на чём это можно сделать? На материалах? Нет, поскольку есть требования проектировщиков, которые нужно соблюдать, а хорошие стройматериалы стоят неплохих денег.

На аренде техники? Тоже нет, ибо никакой владелец крана (экскаватора, компрессора, самосвала) не станет за копейки отдавать чужому дяде своё имущество.

Остаётся только трудовой ресурс. Тут и начинаются чудеса относительно законного развода. Сами посудите, высококвалифицированный строитель требует серьёзной оплаты своего труда и официального оформления трудовых отношений. А такая зарплата не вписывается в утверждённую смету. Стало быть, настаёт время обратиться к услугам строительного лоукоста, когда бросается клич о приёме на работу в строительную компанию. В лучшем случае идут безработные строители, подчас растерявшие хватку и квалификацию или не имеющие почти никакого стажа работы по специальности. В худшем – люди со стороны, годные лишь на должность чернорабочего. Таким можно посулить какие-то деньги и просто в устной форме. А если потребует договор, ему быстро укажут на ворота строительной площадки, за которыми уже стоит очередь из таких же безработных.

Да, можно ругать этих людей за то, что они работают не как нужно, а как умеют или как им платят. Но разве они виноваты в том, что их выбрали только для того, чтобы сляпать объект как можно дешевле, причём за их же счёт?

Думаете, за срыв сроков строительства и нарушение норм качества кто-то понесёт ответственность? Как бы не так! Подрядчик, как только дело начинает пахнуть керосином, плавно сливается на любой стадии строительства, как будто его и не было, вместе с якобы освоенными средствами, оставляя субподрядчика без денег и с жаждущими расплаты рабочими. Заказчику вновь приходится объявлять конкурс на строительство и устранение того, что накуролесили прежние исполнители. Дальше всё идёт по старой схеме, причём не раз и не два. Не стал исключением и этот самый серьёзный объект, возведения которого ждали и в городе, и в крае, и даже в системе образования.

И каждый раз вот такие «бездоговорные» рабочие остаются фактически у разбитого корыта, поскольку даже не могут толком доказать сам факт своей работы. Да, в данном конкретном случае присутствуют все стороны сделки – и генподрядчик, и субподрядчик, и заказчик. Но что это меняет в принципе? Схема-то работает, а про то, сколько к моменту сдачи объекта сменилось подрядчиков и субподрядчиков, уже вряд ли кто-то вспомнит.

Что там краевой объект! Все мы были свидетелями того, как на стройплощадке федерального уровня даже официально приглашённые строители остались без зарплаты, поскольку оказалось, что, по меньшей мере, миллиард рублей ушёл пешим порядком в неизвестном направлении, но в сторону какого-то конкретного кармана. Удивительно, как после этого наши ракеты вообще пытаются взлететь, а не падают в ближайший распадок от приступа гомерического хохота.

Одним словом, так уж сложилось в «датском королевстве», что все вопросы решаются здесь за счёт именно простого человека как самого терпеливого, молчаливого и бесправного объекта надругательства. Причём на любой стадии жизни – от младенчества и юности до пенсионного возраста, который стараются отодвинуть как можно дальше, причём уже не устным порядком, как было с многострадальными рабочими, а вполне себе законным актом, уже поддержанным практически всеми региональными парламентами. Вот уже и министр здравоохранения объявила о том, что у нашего человека жизненный потенциал превышает 120 лет, значит, пенсионный возраст можно ещё поднимать и поднимать. Но это уже совсем другая история, хотя из того же сборника чудесных сказок о России.

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована