Пресс-тур по очистным сооружениям канализации Комсомольска-на-Амуре прошёл 4 февраля 2026 года. Представители средств массовой информации ознакомились, как работает городская система водоотведения.
Станция грабельных решёток, отстойники сырого осадка, станция очистки ультрафиолетом, и всё это на территории порядка 20 гектаров. Модернизация систем водоснабжения и водоотведения нашего города потребует потребует 350 миллиардов рублей, концессионное соглашение с «Росводоканалом» заключено на 49 лет.
Многие люди не понимают, как происходит очистка сточных вод. Думают, что городская канализация впадает прямиком в Амур, как Волга в Каспийское море, хотя стоки проходят наисложнейший путь очистки, и вода сбрасывается чище, чем её берут из Амура.
Решётки, полные подушек
Первое здание, куда заходят журналисты – это станция грабельных решёток, задача которых – очистить поступающую воду от крупного мусора. По сути, здесь начинается самая первая и, можно сказать, основная чистка стоков. Поток воды зимой идёт со скоростью от 90 до 104 тысяч кубометров в час, летом доходит до 140 000 кубометров, а после реконструкции станция сможет очищать 160 000 кубометров в час. Это довольно большой объём. Следит за работой станции один оператор, который контролирует автоматику.
Следует отметить, что сточные воды – это не только квартирная канализация, но также и ливневая с потоками дождевых и талых вод, стоки от предприятий. Проблемой является то, что в систему постоянно попадает крупный мусор (в основном, от ливнёвок), а из многоквартирных домов – смываемые в унитаз предметы личной гигиены, жиры, строительный мусор и наполнители для кошачьих лотков, которые разбухают в воде и создают засоры.
Решётки улавливают ветки, палки, пластик, бывало даже, что вылавливали подушки, одеяла. После очистки от крупного мусора стоки попадают в распределительную камеру, затем идут по лотку в первичные отстойники, где происходит непосредственная очистка.
На вопрос, сколько мусора набирается в контейнере за день, Виктория Пожидаева, начальник очистных сооружений канализации, ответила:
– Всё зависит от того, как люди пользуются водой. Бывает половина контейнера, а бывает полтора, особенно в праздники и выходные, когда люди дома и активно пользуются канализацией.
– Как давно производился ремонт станции?
– В 2011 году. Сегодня оборудование уже порядком изношено и нуждается в реконструкции. Если заменить решётки на новые, мы будем более эффективно очищать городские стоки. Надо понимать, очистные в городе одни, больше нет.
Птицы парят над паром
После станции грубой очистки журналисты выходят к первичным отстойникам – огромным, похожим на открытый бассейн сооружениям. Над водой поднимается пар, летают и галдят птицы: зимой – вороны, летом – чайки.
В первичном отстойнике производится очистка сточной жидкости, поступающей из системы канализации. Здесь происходит отстаивание воды, затем она, очищенная от механических примесей, поступает на биологическую очистку, а потом – во вторичные отстойники, где ил оседает на дно, а очищенная вода поступает на обеззараживание и затем сбрасывается в Амур. На выходе все стоки уже очищены согласно нормативным допускам.
– Часть отстойников была построена в 2017 году, но в настоящий момент, так как отсутствует финансирование, они не полностью введены в эксплуатацию, – говорит Галина Меняйло, инженер-технолог. – Сейчас работают два первичных отстойника: один 2017 года, другой – 1974 – 1978 годов.
Станция сырого осадка
– Незаменимый элемент процесса очистки, – поясняет Григорий Мочалкин, механик городских очистных сооружений. – Мы откачиваем первичные отстойники для дальнейшей очистки. Важной задачей является не допустить залежей иловых масс и дальнейшего их разложения. Всё оборудование не обновлялось с 1974 года, отсюда возникают проблемы постоянного ремонта. Запчастей найти очень сложно, практически невозможно, к тому же по городу расположено великое множество маленьких перекачек, которые тоже требуют ремонта: изношенные насосы потребляют электроэнергии на 30 – 50% больше, чем новые.
В активном биопоиске
Также в системе очистки сточных вод применяется бактериально-активный ил, который производит биологическую очистку и работает с 1978 года – именно тогда его завезли и размножили. И все эти годы он (в смысле кишащие там микроорганизмы) продолжает благополучно жить и работать. Если ил погибнет, то запустить его второй раз будет гораздо сложнее и дороже.
Станция ультрафиолетовой очистки воды
Последняя стадия очистки – ультрафиолет. Станцию сдали в 2015 году, на ней не завершены работы по вентиляции, в связи с чем в зимний период из-за отсутствия вытяжной вентиляции здесь очень высокая влажность. Соответственно идёт разрушение металла, стен, плитка отваливается. В 2019 году было заложено выполнение вентиляционных работ, сейчас планируется новая реконструкция, здание будет восстановлено заново. За 10 лет эксплуатации многие лампы здесь уже требуют замены, а дело это дорогостоящее. Сейчас станция работает на последних лампах.
Тарифы жизни нашей
Осмотрев систему очистки, можно сделать вывод, что весь комплекс сооружений нуждается в капитальной модернизации. Конечно же, в разговоре журналистами поднимался вопрос о резком росте тарифов для населения.
– Тарифы растут, это бесспорно, – говорит Александр Шейн, генеральный директор «Росводоканала Комсомольска-на-Амуре». – Но, во-первых, многие путают их рост с повышающим коэффициентом, который введён Правительством России для всех жителей, у кого нет приборов учёта. Раньше они платили в полтора раза больше, чем потребители со счётчиками, а теперь – сразу в три раза больше.. А люди думают, что вот пришёл «Росводоканал», и тарифы взлетели. Это не рост тарифов, это именно повышающий коэффициент, который применяется для людей, у которых нет прибора учёта.
Во-вторых, «Росводоканал» сейчас прошёл утверждение нового тарифа, экономически обоснованного. Рост есть, сегодня мы сравнялись с тарифами города Хабаровска. Раньше очень долгое время тариф у нас в городе был занижен: стоимость куба была 19 рублей, как в Совгавани, но у них там нет очистных сооружений, и все стоки просто сбрасываются в море. У нас они есть, и довольно мощные, а значит их содержание, потребляемая электроэнергия, отопление и т.д. – всё закладывается в тариф. Прежде предприятие работало в убыток, сейчас же тариф экономически обоснован, чтобы мы могли не просто ждать, когда очистные сооружения развалятся от постоянного недофинансирования – это недопустимо. За счёт роста тарифа мы начнём реконструкцию очистных сооружений, замену оборудования, трубопроводов, весь комплекс доведём до состояния, когда здесь будут очищаться 100% стоков.
По водоснабжению сложилась такая же ситуация: водопровод, городские насосные станции введены в эксплуатацию в 70-е годы прошлого века, они тоже нуждаются в модернизации. Если насосная станция встанет, то мы останемся не только без воды, но и без тепла, поскольку подаём воду и на городские ТЭЦ. Всё это следует учитывать, потому что последние годы мы держимся на резерве прочности, который не бесконечен. Работаем в режиме перманентных аварий и авральных ремонтов. Однажды наступит момент, когда частота аварий начнёт увеличиваться по принципу домино, и резко устранить 40 аварий в день мы не сможем. Если за год выходит из строя километр, требуется заменить два, чтобы выйти на линию, когда есть резерв Сегодня в аварийном случае на одном доме мы закрываем задвижки, а они не держат, потому что последний раз их вращали 30 лет назад. Мы бежим на другие задвижки и отключаем уже три дома – опять не держат, бежим на следующие… И у нас выпадает сразу 15 домов вместо одного.
Сегодня наша задача, – подчеркнул Александр Константинович, – каждый год увеличивать объём капитального ремонта систем водоснабжения и канализации, иного пути нет и не будет.
Евгений СИДОРОВ. Фото автора
