В забытых долгостроях, в запущенных рощах
Скольким ещё беспомощно петлять?
Найти того, кто заблудился, гораздо проще,
Чем найти того, кто захочет искать.

Группа «Грот», песня «Лиза».

На прошлых выходных в тайге, у костра, близ горы Чалба, в одной развесёлой компании я слушала страшные сказки про таинственных духов. И ни лес, ни ночь, ни неожиданный крик гида «Отдай своё сердце!» меня не пугали, наоборот, насмешили до слёз.
Поздним вечером в среду, когда за окном ныли дождь и темень, я слушала уже другие истории. Про убитых девчонок в лесополосе, про изнасилованных детей, про старичков без памяти и грибников без страха, зачем-то одевающихся в камуфляж. Про школьников, которые не умеют звать на помощь, когда незнакомцы уводят их за руку со двора. Рассказывали их мне другие люди. Те, кто по своему какому-то внутреннему зову идут в ночь, в день, в неизвестность, искать тех, кто потерялся. Тех, кто ждёт, что его найдут.

Личная история

Ольга Щукина живёт в Хабаровске. Она — руководитель добровольного поисково-спасательного отряда «ЛигаСпас». Отряд «ЛиСа», как ласково называют его в соцсетях, входит в Национальный Центр помощи пропавшим и пострадавшим детям (а это более 40 отрядов по всей стране). «ЛиСа» — это волонтёры из Хабаровска, ЕАО, а с конца прошлого года и из Комсомольска. Цель приезда в наш город — рассказать о деятельности спасателей-добровольцев. Но всё начинается, конечно, со своей личной истории.

— Я — мама двух девочек. В январе 2016 г. в ЕАО в селе Волочаевка преступник украл девочку, которая шла рано утром в школу. Моё беспокойство было таким сильным, как мама переживает за своего ребёнка. Я очень внимательно следила за поисками, утром и вечером в рабочую неделю мониторила, что происходит. В конце концов, позвонила поисковикам и спросила, нужна ли помощь. Взяла с собой подругу, родственника, и утром в субботу мы выехали на место сбора, где уже были полиция и МЧС. Девочку в этот день нашли живой, благодаря сотрудникам полиции. Преступник её увез аж в Амурскую область. Тогда я поняла, что в России развито поисковое движение и постепенно сама вошла в эту тему. В приоритете наших отрядных поисков — дети, старики и инвалиды, то есть те люди, которые оказались беспомощными в ситуации, когда нет рядом близких и родных. Но мы никогда не отказываем и в поиске взрослых людей. Работу свою ведём безвозмездно.

И не важно, кто найдёт

— В таком деле, как поиск, важную роль играет обученность людей, — рассказывает координатор поискового отряда г. Комсомольска Анастасия Левченко. — Координаторы из Хабаровского отряда выезжали на учёбу в Чеченскую республику, обучались у специалистов российского спецназа. В апреле эти специалисты приезжали в Хабаровск. Мы узнали, как оказывать медицинскую помощь, как действовать, чтобы обезопасить себя и помочь человеку, как ориентироваться на местности, научились распознавать следы и действовать в группе.

Я снова обращаюсь к Ольге Щукиной и прошу её на правах более опытного поисковика рассказать, как работает её отряд.

— На инструктаже определяется главный — тот, кого слушать, за кем будет последнее слово. В поиске действует жёсткая иерархия, дисциплина для нас — не пустой звук. В основном, люди идут замотивированные и понимают, что их жизнь и здоровье зависит от тех задач, которые они выполняют, от того, насколько они сработаются в группе. У нас даже есть такое правило: если вдруг старший в группе встречает сопротивление, вся группа выходит «на берег», не выполнив задание. Но первая, главная задача старшего — не потерять своего волонтёра. Иначе придётся искать большее количество людей.

Если мы выходим на ночной поиск, фонари должны быть у всех. Однажды был случай, когда мне достался очень сложный участок — плиты, обрывы, канавы, и поэтому основная цепь пошла быстрее, а мы, человек десять, пошли медленнее, предупредив основную команду. И в тот момент, когда прозвучал сигнал «Стоп» (он означает, что что-то найдено, и все должны выйти за территорию), вдруг раздаётся истеричный крик женщины. Оказалось, что у неё не было фонаря (то ли она его потеряла, то ли сели батарейки). Оставшись одна, она испугалась и закричала. Нужно и к ней подойти, успокоить, и быть там, где найдено тело, чтобы оцепить территорию. Мы её успокоили, конечно. Но ответственность координатора — выпустить в поиск волонтёров, максимально подготовленных психологически и физически. Всегда десять человек из ста будут не готовы к поиску, значит нужно найти для них другие задачи: кто-то горячий чай группам сделает, кто-то костёр разведёт, кто-то покушать приготовит, кто-то просто уберёт территорию. Потому что люди выходят из леса, им тепло нужно прямо сейчас.

— Ольга, какие у вас взаимоотношения с профессиональными службами?

— Мы плотно работаем с ними. Нужен определённый навык, умение точно сработаться с силовиками. Не помешать, не навредить, а отработать свою задачу. У полиции, у МЧС, у следственного комитета — свои задачи, у волонтёров — свои: это физические поиски. Не нужно играть в детективов, нужно правильно прочесать территорию, ничего не пропустить.

У полиции и МЧС ресурс достаточно ограничен, поэтому искать всем миром значительно легче. Лес у нас тяжёлый, представляете, сколько человек должны его «прочесать»? Поэтому работаем вместе. И не важно, кто найдёт.

Тревожьте всех!

— Ольга, дайте инструкцию для родителей. Если потерялся ребёнок…

— Сразу заявляйте о его пропаже! Ребёнок не пришёл из школы, телефон недоступен — сразу сообщите по номеру 112, не теряйте время. Служба 112 уже сообщит полиции.

Не нужно начинать бегать по соседям, по родственникам, по одноклассникам самостоятельно. Вы только представьте, какой шок испытывает ребёнок каждую секунду, если совершаются противоправные действия. Или он упал в колодец. В таких случаях счёт идёт на минуты. И если уж он заблудился в лесу, не теряйте время, чем больше людей подключится к поиску, тем быстрее ребёнок найдётся.

Не бойтесь тревожить людей. Родители часто переживают, что зря поднимут на ноги поисковиков, пытаются справиться самостоятельно. А я могу сказать, что все те, кого родители «потревожили», порадуются, что ребёнок нашёлся быстро. Тревожьте, пожалуйста, всех — волонтёров, полицию, МЧС. Ребёнка нужно найти живым и здоровым.

Не ждите мифических трёх суток — идите в полицию, берите корешок, что заявление о пропаже у вас приняли. Если потерялся старик с провалами в памяти, помощь нужна здесь и сейчас. Как правило, они не просят помощи у посторонних. Наоборот, отказываются от неё, уходят в безлюдные места и подвергаются опасности прямо сейчас.

Связанные одной цепью

— Ольга, с чего начинается поиск и как он проходит?

— Есть несколько уровней поиска: информационное покрытие, опросы, звонки, объезды больниц, физический «прочёс» местности. Когда поступает заявка, мы собираем информацию (фотография, дата и место пропажи человека, приметы, контактные телефоны). По ней группа инфопоиска создаёт ориентировку, передаёт её на согласование, распространяет по Whatsapp и соцсетям, мониторит отклики. Если кто-то сообщает о том, что человека видели, выезжает группа быстрого реагирования — водители, которые свободно ездят по городу, могут заскочить в больницу, проверить. Есть группа физического поиска — это все свободные волонтёры. Точку сбора определяет координатор, он же руководит поиском, первым выдвигается на место, распределяет задачи для групп, назначает старших, ведёт прочёс.

Был очень тяжелый для нас случай в августе. В Хабаровске пропала 18-летняя девушка. Она должна была пройти по Матвеевскому шоссе на встречу к другу, но в 22:00 перестала быть доступной по телефону, до парня не дошла, маме не отзвонилась. Между тем, девочка — волонтёр, участник военно-патриотического движения, одним словом, человек ответственный.

Утром пришли добровольцы, студенты, те, кто знал Вику и хотел помочь в поисках. И кто в чём — в домашней одежде, в шортах… Начался «отсев» по принципу: что может этот человек сделать. Частный сектор человек в босоножках может прочесать? Может. В шортах? Может. Им дали в сопровождение взрослого человека, поставили задачу: оповестить население о пропаже человека. Одетых для поиска в лесу мы выстроили и обучили, как работать «цепью». Показали точку выхода, разделили на группы, назначили старших, которые могут распределить задачи для группы.

От правильного инструктажа зависит, найдёте вы человека или нет. Больше, чем 10 человек в «цепи», ходить неэффективно. Всегда идём шагом самого слабого в команде и держим правого человека в поле зрения, чтобы не сместиться. Ищем то, чего не должно быть в лесу.

Преступника нашли. Он показал место, где находилось тело, оно было за стройкой. Девочку похоронили. Это из тех случаев, когда не нашли бы вещи, не нашли бы девочку, и преступник кого-то бы ещё прихватил. Это было его повторное преступление похожего рода. До этого он отсидел в тюрьме за изнасилование малолетнего мальчика.

Кричать — не панацея, но инструмент

Деятельность «Лиги Спасателей» не ограничивается поисковыми мероприятиями. «ЛиСа» ведёт профилактическую работу по детской безопасности со школьниками, просветительскую работу в социальных сетях, являются наставниками в детских домах.

— У нас есть педагоги-психологи, волонтёры, мы написали программу с учётом возрастных особенностей детей, для школьников и для подростков, — продолжает Ольга Щукина.

Мы рассказываем правила поведения, про безопасное и опасное время суток, про безопасные и опасные места, опасных и безопасных незнакомцев. Чтобы дети логически выстраивали цепочки и могли чётко определять, насколько для них опасна ситуация.

В сети есть ролики о том, как детей в качестве эксперимента уводят с детской площадки. Родители предупреждены, но говорят, что ребёнок никогда в жизни не уйдёт ни с кем посторонним. Однако подходит психолог, абсолютно незнакомый человек, берёт ребёнка за руку и уходит с ним.

Мне трудно судить почему наши дети неправильно реагируют на взрослых. Наш отряд формирует у детей навык привлечения к себе внимания, если вдруг его схватили и ведут за руку. В этом случае он должен кричать. Мы учим, что это не паническая, а особая ситуация, в которой есть определенные правила поведения. Для родителей я точно могу сказать, это не панацея, но это инструменты, которые могут спасти жизнь и здоровье ребёнка.

Кроме того, для подростков мы проводим мини-уроки по безопасному интернету, рассказываем, как правильно себя вести в сети, как регистрироваться, меньше давать о себе информации. Дети в сегодняшнем мире к интернет-знакомым относятся так же доверчиво, как к реальным.

— Нас пока мало, у нас мало машин, — объясняет Анастасия Левченко. — А нам звонят и те, кто живёт за пределами Комсомольска. У нас есть сайт лигаспас.рф, наши координаты в соцсетях «Поисковый отряд «Лига спас». Мы ждём волонтёров, которые могут обучиться и стать полноценными помощниками в поиске людей. Подробности можно узнать по телефону 89145494920.

Когда спрашиваешь поисковиков-добровольцев из Комсомольска, зачем вам такой неоплачиваемый экстрим в жизни, ответы одинаковы: «Если не я, то кто?», «Если я могу помочь, почему нет?». Помочь, действительно, может каждый. Транспортом, физическим «прочёсом» территории, информацией, переданной по сетям, приготовлением чая и еды для волонтёров в штабе. Смотрю на парней и девушек из отряда и кажется мне, что ищут они не только потерявшихся людей, но и что-то внутри себя. И, глядя на Ольгу, вижу, что находят.

Ульяна БОРОВИНСКАЯ

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial