Лосось, которого мы почти потеряли

В этом году рыбопромышленники, по официальным данным, поймали всего 5,5 тонны осенней кеты, что составило всего около 40% от прогноза, ну, а простым рыбакам вообще достались сущие крохи. Почему осенняя путина-2021 в Хабаровском крае оказалась провальной, рассказал учёный, специализирующийся на изучении тихоокеанских лососей, кандидат биологических наук Сергей ЗОЛОТУХИН.

Ранее наш собеседник заведовал лабораторией Хабаровского филиала Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии» («ХабаровскНИРО») по прогнозированию численности лососей в реках края. Оценкой их запасов в Амуре занимались другие люди, и, по словам Золотухина, они часто подменяли реальные цифры в своих отчётах, что в конце концов и привело к истощению этих самых запасов.

Начало конца

Численность лососей в бассейне Амура в естественных условиях циклична – всплеск чередуется со спадом. Последний раз мощный подъём был в 2006-2016 годах – в этот период ловилось до 30 тысяч тонн. И далее всё шло бы по задуманному природой кругу – если б не грубое вмешательство человека в лице хабаровских управленцев рыбными ресурсами, завышавших прогнозы на вылов.

В 2013 году, казалось, ничего не предвещало беды — осенняя кета хорошо шла, благодаря высокой воде благополучно обходила заездки на Амурском лимане, отлично ловилась и возле Комсомольска, и у Хабаровска, и даже у китайских берегов – прилавки рынка Фуюаня были ею завалены. Такое изобилие указывало на то, что нерестилища той осенью должны были быть заполнены рыбой, а спустя четыре года их потомки вернулись бы в Амур в не меньшем количестве. Но в 2017-м лососей внезапно оказалось мало — и в уловах, и на нерестилищах.

— Рыбопромышленники кричали: рыба прёт, добавляй квоты на вылов! И «кабинетная» наука щедро добавляла — по 5-10 тысяч тонн три-четыре раза за сезон! — рассказывает Золотухин. — В 2017-м я побывал на нерестилищах летней кеты и горбуши, и у меня ёкнуло сердце: вместо оптимальных 40 рыб на 100 м² площади наблюдались единичные экземпляры. В октябре с другими учёными и общественниками посчитали осеннюю – её оказалось чуть больше, но до оптимума (плотность заполнения нерестилищ производителями, при которой урожай её молоди максимален. — Прим. авт.) тоже было далеко.

Сергей Золотухин

Хитрости математики

А в отчётах «ХабаровскНИРО» тем временем вместо реальных 0,04 экз./100 м² «нарисовали» в сто раз больше. При этом никто из тех, кто увеличивал лимиты для промышленной добычи, на нерестилища и не думал заглядывать. Раньше рыбохозяйственная наука давала прогнозы лова в Амуре, ежегодно подсчитывая на контрольно-наблюдательных станциях молодь лососей, мигрирующую по реке к морю, и пришедших с моря на нерест особей. Исходя из полученных (на реке, а не в кабинетах) данных, наука оценивала коэффициент ската и возврата, давая реальные обоснованные прогнозы. Но с 2009 года «в поля» никто не ездит, вместо натурных исследований сотрудники института пользуются математической моделью, в основе которой лежат расчёты количества рыб не на нерестилищах, а в районе устья Амура, при этом абсолютно непонятно, каким образом учтённые.

— К методикам в Хабаровске вообще относятся очень легко. Например, один «специалист» считал некие разрыхлённости в русле притоков Амура и думал, что это нерестовые бугры. А потом просто умножил получившееся число на два: одно гнездо – два родителя. Когда его спросили, почему он считает число рыб по буграм, он ответил: так самих-то рыб там не было! – рассказывает Сергей Золотухин.

Зато в отчётах «ХабаровскНИРО» по запасам лососёвых вплоть до сегодняшнего дня всё было благополучно — в отличие от реальной ситуации. В 2020-м они спрогнозировали добычу в 13 тыс. тонн осенней кеты, а на деле рыбаки выловили всего 7,8 тыс. Но у «математиков» ничего не ёкнуло — нынче они снова выдали прогноз в 13 тысяч, а улов по факту оказался менее половины заявленного. Тот минимум особей, которые всё-таки прорывались сквозь заездки на нерестилища, не в силах были удерживать численность популяции на уровне, достаточном для ведения промышленного рыболовства.

«Бумажные» запасы

А теперь другая, более жизненная математика. Для оптимального заполнения нерестилищ, по словам ихтиолога, надо ежегодно пропускать в Амур 4-4,5 миллиона особей, в переводе на массу это около 16 тысяч тонн. И лимит на вылов необходимо давать с учётом этой цифры. Нынче поймали 5,5 тыс. тонн, прибавим сюда ещё тысячу тонн, которая осталась после остановки промлова, – вот эти 6,5 тыс. тонн и был реальный запас осенней кеты, которого по факту не хватило даже на нерест, не говоря уже о промышленной добыче. То есть оценка запаса оказалась завышена в четыре (!) раза. И самое главное — в 2021-м заездки реально не пропустили кету на нерестилища. Значит, подниматься в реку в последующие годы будет просто некому.

— Пустой Амур – это по-настоящему страшно. Однако чиновники – бесстрашные люди. Они смело отчитываются по государственному мониторингу рыбных запасов «дутыми» цифрами, — говорит Золотухин. — Но ведь нарисованная рыба не размножается: не было родителей, не будет и детей.

Как же учёные могут несколько лет подряд так ошибаться, причём всё время в сторону увеличения, и при ничтожном запасе давать огромные квоты рыбакам с заездками? Неравнодушная общественность не считает этот вопрос риторическим. Было подготовлено заявление в природоохранную прокуратуру, чтобы та проверила руководство «ХабаровскНИРО» на предмет умышленного завышения прогнозов добычи тихоокеанских лососей в бассейне Амура.

Заездки

Спасти и сохранить

Как бы то ни было, амурская кета в этом году уже выловлена, заморожена и оставить потомство не сможет. Неужели она совсем перевелась в великой дальневосточной реке и слава Амура как рыбной житницы Дальнего Востока утрачена навсегда? Золотухин говорит, надежда на восстановление популяции всё же есть, хотя и весьма призрачная.

Дело в том, что популяция лососевых в Амуре – своя собственная, она веками воспроизводится внутри одних и тех же группировок, то бишь рождается здесь, сюда же, следуя инстинкту, и возвращается спустя четыре года, чтобы дать жизнь следующему поколению. Но среди них есть блуждающие особи (это явление называется стреинг), которые теоретически могут зайти сюда с Сахалина например. Так вот, эти «блудные дети» способны колонизировать новые и/или заполнить опустевшие места обитания амурской популяции.

— Существует до 10% стреинга, им и суждено со временем восстановить запасы лососей в Амуре. Но если это и будет, то очень нескоро, и при условии, что снова не вмешаются жадные и некомпетентные «специалисты» рыбохозяйственной отрасли, — поясняет Сергей Фёдорович.

Ну, а сейчас, на взгляд специалиста-ихтиолога, самой действенной мерой в деле спасения тихоокеанских лососей в Амуре мог бы стать запрет на лов кеты заездками до 2025 года. А на этот период оставить несколько предприятий с общей квотой в тысячу тонн с плавными сетями для государственного мониторинга динамики численности в 5 точках: у Николаевска-на-Амуре, выше устья реки Амгунь, у посёлка Сусанино, у Комсомольска и краевой столицы. И самое главное – «ХабаровскНИРО» надо срочно сменить подход к оценке запасов и прогнозов объёмов вылова.

— Необходимо вернуть в рыбохозяйственную науку прежнюю методику прогнозирования запасов лососевых, когда вёлся учет на контрольных участках нерестовых притоков Амура, и критерием эффективности воспроизводства считать данные плотности производителей, которые реально отнерестились, а не взятые с потолка цифры, — говорит Золотухин.

Что касается искусственного воспроизводства лососей, то, увы, на него нельзя возлагать слишком большие надежды. На недавнем форуме «Амур – река жизни», который проходил в Хабаровске, представитель Амурского филиала «Главрыбвод» Инна Науменко, основываясь на опыте работы пяти местных рыборазводных заводов, ясно сказала, что это не панацея: «Если мы построим ещё пять заводов, это не значит, что у нас возврат молоди будет в пять раз больше».

Светлана ШЕРСТОБИТОВА

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика