«Скорая помощь» просит о помощи

Водители Комсомольской станции СМП жалуются на неисправный автопарк, плохие условия пребывания в «бытовке», низкую оплату своего труда.

Недавно в Комсомольске-на-Амуре построили новую Станцию скорой медицинской помощи. Рапортуя о данном событии, министр РФ по развитию Дальнего Востока Александр Козлов отмечал, что «…это больше спасённых жизней, выше качество обслуживания пациентов, такой должна быть современная медицина». За кадром, однако, остаются те, кто вместе с врачами принимает непосредственное участие в спасении жизней, – шофёры карет «скорой». Увы, от постройки новой СМП в их работе ничего к лучшему не изменилось.

Главная проблема, по словам водителей, это неисправности служебных автомобилей. Поломки, к сожалению, здесь обычное дело.

— Вопросы по техническому состоянию и обслуживанию автотранспорта мы поднимали не только перед начальником гаража, но и на собрании с главным врачом СМП, — рассказывает водитель Максим. — У нас машины выходят на линии с неисправностями, которые недопустимы по правилам дорожного движения. Например, не работают клаксоны, ручной тормоз, иногда спецсигналы. Но механики всё равно выпускают автомобили на линию. Не соблюдается регламент заполнения путёвок, машины по смене тоже никто нам не передаёт, как это полагается.

Водитель «скорой» сам записывает показания в путевой лист, номер водительского удостоверения, а заступая на смену, получает автомобиль без предварительного осмотра ответственного лица на предмет пригодности эксплуатации автомобиля согласно ПДД. Вследствие этого на вызов порою отправляется машина, которую можно завести в буквальном смысле только «с толкача».

— На автомобилях глухие нерабочие аккумуляторы, из-за чего двигатель не заводится, — говорит водитель Илья. — Выдают взамен со склада вроде как новые, но они такие же «дохлые». Допустим, ситуация: поступил вызов, надо ехать, а машина ни в какую не едет, и тогда приходится выходить другим водителям и всем вместе толкать, вот так и заводим. Резина на колёсах «лысая», а новую не дают – начальник гаража говорит, что эта ещё не доходила свой километраж. По факту она стёрлась, её надо списать, а он утверждает, что мы сами виноваты, мол, неправильно эксплуатируем. Вот так и ездим, рискуя жизнью – своей, врачей, пациентов и других участников дорожного движения.

Коллега Ильи добавляет: кареты «скорой» они моют старинным дедовским способом — тряпкой, которую полощут в ведре. Вопрос приобретения моечной машины шофёры не раз поднимали – главный врач не отказывается её купить, но при условии, что они сами будут нести за неё полностью отвечать. Но только эту ответственность водители брать на себя не хотят.

— А почему мы должны за неё отвечать? У нас своя работа, — говорит Сергей. — Кстати, мыть автомобили в гараже вообще запрещено, и время на это не отводится, мы моем урывками, между вызовами – ну не поедешь же к пациенту с грязным бортом.

Условиями своего пребывания на дежурстве водители также недовольны. Например, комната отдыха, расположенная в здании гаража, закрывается на обычную межкомнатную дверь, не сохраняя тепло внутри, и водители вынуждены пользоваться электрообогревателем: в холод приходится выбирать – или тепло, или пожарная безопасность. От выхлопных газов и от пыли в бытовке тоже никакой защиты нет – вентиляция в гараже не работает.

— Система вентиляции, как нам поясняет начальство, смонтирована таким образом, что включается только тогда, когда срабатывает пожарная сигнализация, — рассказывает Илья. – А ведь машины и запускаются, и глушатся в гараже, мы всеми этими выхлопами дышим. Шкафчики для сменной одежды прямо в гараже, и, когда приходишь после выходного, её невозможно надеть из-за того, что она вся покрыта пылью. Крыша дырявая, ещё и вода течёт на эти шкафчики. Ворота гаража держатся на подпорках, и, когда сильный ветер, приходится вдвоём-втроём держать, чтобы машина смогла выехать.

По словам «жалобщиков», начальству обо всех этих проблемах говорилось «не раз и не два, всё без толку». Со всем этим можно было бы смириться и помалкивать, кабы заработная плата «покрывала» эти неудобства. Но труд водителей Комсомольской СМП, судя по всему, совсем не ценится: их зарплата едва дотягивает до 25 тысяч рублей. И это, конечно, самый больной вопрос.

— Ещё десять лет назад наша зарплата была более тридцати тысяч, — рассказывают водители. – Постепенно с нас сняли все надбавки, с начала этого года даже за вредность убрали, оставили голый оклад – 12 тысяч. С северным и районным коэффициентами 25 выходит, а ведь в том же Хабаровске наши коллеги без всяких «северных» больше получают! Ну как можно снять с нас «вредность», если мы наравне с врачами перевозим больных, в том числе заразных? В трудовом договоре прописано, что мы являемся членами медицинской бригады и по требованию бригадира должны помогать переносить пациентов. То есть у нас обязанности санитаров есть, а оплаты за это нет. Медикам же платят стимулирующие выплаты за интенсивность труда, за сложность, а почему нам не начисляют? Главврач отвечает — нет денег. И график «сутки через трое» делать не хочет, согласно которому у нас бы зарплата выше выходила — говорит, что это невозможно.

К слову о вредных условиях труда: в связи с пандемией коронавируса естественным образом возникает необходимость использовать средства защиты всем членам медицинских бригад, выезжающих на «подозрительные» вызовы. Но водителям Комсомольской СМП, по их словам, элементарные маски стали выдавать лишь после того, как они стали скандалить по этому поводу. Но только по четыре штуки на смену, хотя, если следовать правилам и менять маску каждые два часа, нужно минимум шесть штук (смена у водителей длится 12 часов). А сейчас и вовсе по три штуки, но многоразового использования, сшитые из марли – в конце смены маски сдают на стерилизацию.

— Специальная экипировка на вызовы по подозрению на COVID-19 только для медперсонала, а водителю не полагается, — возмущён Максим. — Один из нас отказывался без защитного костюма ехать, ему сказали, что маски вполне достаточно, и пригрозили увольнением. Вот такие дела у нас на станции творятся. Мы вообще-то ничуть не меньше, чем медики, принимаем участие в спасении людей, но с нами никто не считается.

Начальство, по словам водителей, на их претензии по поводу мизерной зарплаты отвечает классически: «Не нравится – увольняйтесь». И рады бы сменить место работы на другое, с достойной оплатой, вот только в Комсомольске с этим очень туго.

Светлана ШЕРСТОБИТОВА