Однако, надо бы привыкать писать покороче, а то люди жалуются, мол, больно объемные тексты пишешь, теряем нить повествования.

Между прочим, писать коротко, но емко, ребята и девчата, очень сложно. Уместить развернутую мысль, используя минимум слов – это, наверное, талант. И не факт, что я этим талантом обладаю. Но – попробую.

Давайте порассуждаем о чем-нибудь возвышенном. Например – о деньгах. Большинство из нас привыкли к мысли, что есть деньги – хорошо. Много денег – совсем хорошо. Мало денег – плохо, и ничего нельзя без них, родимых и желанных, сделать. Насколько это правильно?

Дабы не витийствовать в аморфных сферах, а привязаться как-то к реалиям, возьмем в качестве наглядного пособия родной Комсомольск. Представим на минутку, что пролился на нас денежный дождь в энное количество десятков миллиардов рублей. Разово. То ли федеральная власть расщедрилась, то ли лично Трамп отстегнул, скинувшись с Си Цзинпином, неважно. Бабахнулась на город этакая благодать. Что произойдет?

Рискну высказать крамольную мысль – ничего. В смысле – ничего хорошего. Замостим все разбитые дороги и дворы? Да ну? А может, опять проектировщики напроектируют так, что черт ногу сломит, подрядчики все раздолбят в стиле Комшоссе и Лазо, причем с точки зрения законодательства (не к ночи будь помянутого ФЗ-44) все будет чинно и правильно, и бросят работу на середине.

Дадим всем людям среднюю зарплату в 100 000 рублей? Хорошо же? А вдруг махом взлетят все ценники во всех магазинах (спрос-то подскочит, чего ж их не поднять лиходею-предпринимателю)? Плюс ко всему –  большая часть этих зарплат разлетятся по Сочам, да Таиландам, а другая часть – по Краснодарам, да Санкт-Петербургам? А, ну да. Машин еще дорогих в городе добавится, пожалуй.

Короче. Миллиарды эти из города вымоет. Со свистом, в рекордно короткие сроки и опять в нем не будет ни хрена.

Чтобы вы не загрустили – байка.

В одной сельской местности проживают кузнец, хлебопашец, животновод, дровосек, рыбак, плотник и ткач. Денег нет (в полном соответствии с бессмертным изречением Д.А.Медведева). Каждый из участников как-то копошится, но живут плохо. До фига чего купить надо, а не на что…

Кузнецу в голову приходит в голову идея. Он берет кусок бересты и бодренько выводит на нем огрызком карандаша «100 рублей». Затем берет эту самопальную банкноту и идет к хлебопашцу. Тот, наивняшка, продает ему зерна на всю сотню, и тут же бежит вприпрыжку к животноводу, мясца прикупить.

Животновод, зажав в потной ладошке новорожденный стольник, чешет к дровосеку и затаривается дровами на зиму. Дровосек, растопив шарабан, покупает у рыбака сомов и карасей. Рыбак, рассчитавшись полученной банкнотой с плотником, получает полный ремонт своего баркаса. Плотник несет берестяную купюру ткачу и приобретает новую рубаху. Ткач, тем же макаром, покупает у кузнеца, допустим, гвозди и железный крепеж для своего ткацкого станка.

По оконцовке, кузнец чешет репу, держа в руках кусок бересты с надписью «100 рублей». Свершилось чудо. Имея крайне ограниченный (да еще и фальшивый, по идее) финансовый ресурс селяне:
1. Произвели продукцию, продали ее и купили себе то, что им было необходимо.
2. Подняли ВВП деревни на (считаем количество транзакций) на 600 рублей.

Эвон, как.

На самом деле я привел нехитрую задачку на сообразительность. Именно так работают деньги в замкнутой системе. Согласитесь, если бы кто-то из цепочки заныкал эту весьма условную денежку на черный день, запрятав ее в подполе – толку бы не было. А если бы впарил ее кому-то на ярмарке в райцентре за литр самогона – тем более.

Конечно, пример слишком простой, даже примитивный, но он вполне иллюстрирует то, что не количество денег, вброшенных в экономику населенного пункта, определяет эффективность их использования. Важен их оборот. И чем более замкнута система, тем лучше.

Вернемся в Комсомольск-на-Амуре. Деньги-то в город, худо-бедно, поступают. Это и налоги, и край подбрасывает, да и федерация дает кое-что. Но! Если не затормозить эти деньги, не пустить их по городскому контуру, хотя бы частично (все не получится, конечно, но чем больше, тем лучше) – ситуация не изменится ни при каких разовых вливаниях извне. Как это сделать? Вот в чем вопрос.

Есть три вещи, которые нужны людям всегда — еда, одежда, дом.

Реально ли на 100% замкнуть в наших широтах производство ВСЕХ продуктов питания? Конечно, нет. Бананы и кенгурятину так и так придется завозить. Но продукты первой необходимости (хоть какой-то процент) организовать можно. Овощи, кое-какие фрукты-ягоды, свинину и говядину, рыбу и прочее. Что тут нереального? Откройте холодильник и кладовку. Вот кусок мяса, купленного в «Океане» у местных фермеров. Вот литрушка настоящего молока, приобретенного у бабушки с поселка Победа, вот хвост кеты и баночка икорки. Про картоху-лук-чеснок-огурцы-помидоры-капусту-свеклу, выращенные на нашей земле, даже говорить не буду.

Окультурить. Объединить (потребкооперация). Предоставить посильную (!) помощь деньгами, землей, кормами, техникой, логистикой и торговыми площадями. Задействовать все доступные госпрограммы (а они есть, и не мелкие).

Что тут фантастичного? Сделай это, и замкнешь в городе процентов 10-20 денег, заодно укрепив такое понятие, как продовольственная безопасность. Плохо?

Лирическое отступление:
Кстати, интересная фигня получается. Если деньги гоняются по замкнутому кругу, они начинают раскручивать пружины нашего кризиса в обратную сторону – появляются рабочие места. А это – налоги, идущие в казну города, опять-таки…

По одежде и обуви (я о производстве говорю, а не поставках из братского Китая). Нет у нас таких производств. По квартирам шьют, а производств (небольших, зато мобильных и идущих в ногу с модой) – нет. Давайте разбираться, почему. В Москве – есть. В Питере – есть. Да, там рынок другой, покупательская способность другая, согласен. Но, почему не простимулировать открытие экспериментальных цехов и мастерских, объявив их приоритетными для города? Всегда по себестоимости дороже будет, нежели в КНР или Турции, и в этом одна из основных причин? Да я вас умоляю! Залезьте в интернет – что угодно и по каким угодно ценам в жанре «хенд-мэй». От сувенирного самодельного мыла до одежды и обуви любого назначения. Причем, заметьте, нам ведь не важно, куда все это продавать. Главное – чтобы деньги шли в город. Хотелось бы, чтобы шли «белые», но, даже если пойдут «серые» или, вообще, «черные» – это тоже неплохо. Все в дом, а не из дома.

Да. Касаемо дома. Сюда, наверное, можно запихать все, что касается любого строительства. Песок есть? Есть. Скала-гравий-щебень есть? Есть. Кирпич? Хм. Почему-то нет, хотя в советские времена его у нас бодро клепали пара-тройка кирзаводов. Япона-мать, значит, глина тоже где-то есть?!

Почему в Нанайском районе вполне себе успешно работает «Синдинский кирпичный завод», аж с 2003 года (часа три езды от Комсомольска по Хабаровской трассе), а у нас его нет?

Даже обычная, окультуренная торговля стройматериалами (особенно учитывая наши мегастройки по долгосрочному плану), выполняемая муниципальным предприятием, это деньги в бюджет. Трудно? А кому сейчас легко? Но ведь возможно!

А кто мешает сколотить небольшое, но крепкое муниципальное стройуправление для выполнения городских задач? Причем мощность его подобрать такую, чтобы:

А) Предприятие имело постоянную загруженность. Это хорошо сказывается на росте квалификации работников, их зарплате и мобилизационной готовности к расширению деятельности.

Б) Предприятие, получая муниципальные и частные строительные объемы, не вызывало раздражения у ФАС, как нарушитель закона о конкуренции.

Еще одно лирическое отступление:
Хочешь чего-то НЕ делать – действуй побуквенно, по закону. Хочешь делать – ищи лазейки. Только так. Есть они? Давайте изучать. Их наличие вполне вероятно.

Губернатор уже анонсировал создание (хотя бы в намерениях) краевой проектной организации для обслуживания потребностей края. Так давайте волну ловить! Есть у нас умирающий, но не сдающийся муниципальный «Горпроект», есть (пока еще есть) проектировщики-практики, есть специальность «Проектирование и строительство уникальных сооружений», где все эти проектировщики концентрируются в качестве преподавателей-почасовиков. Это ресурс, только развить его надо, как и все остальное. Трудно? Конечно. Реально? Думаю, да.

Уф. Выпустил пар. Наврал я, когда пообещал писать коротко. Не получилось. Да и черт с ним.

Давайте выкинем из головы розовые мечты о перераспределении налогов в пользу городского бюджета. Туда же отправим желание получить какие-то бонусы от госкорпораций, которые мы по привычке величаем градообразующими предприятиями. Давайте смотреть правде в глаза и попытаемся построить этакую «партизанскую» экономику. Кстати, отличный термин, как мне кажется. А что? Вот партизанский отряд. Где-нибудь в 1942 году в Полесье. Самолет с большой земли прилетает иногда, но нерегулярно и нечасто. Могут сбросить провизию, боеприпасы и медикаменты, а могут и не долететь. Зенитки, знаете ли, «мессеры» с «фоккерами»… Значит, строим не дома, а землянки. Кушаем не пармезан с авокадо, а картошку с грибами. Бинты – стираем. Одежку – латаем до последнего.

Повезет – урвем что-нибудь у неприятеля. Не повезет – выкручиваемся, как можем. Одна радость – нам не привыкать…

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial