Предвестники рыбной катастрофы?

Осенняя путина в разгаре, а рыбы в Амуре практически нет, констатирует информационный ресурс Transsib.Info. Рыбаки жалуются, что выловы очень плохие. Причём не только те, кто рыбачит ниже по реке, но и те, кто выходит на промысел в Амурском лимане. «Такая пустая путина впервые», — жалуются они.

На Среднем Амуре ситуация и того хуже. Плотность уловов следующая:

у села Тамбовка — 5-7 штук;

у Комсомольска-на-Амуре — 6 штук;

у села Вознесенское — 2 штуки;

у села Малмыж — одна рыбина.

Согласно данным общественного мониторинга нерестилищ лосося на основных притоках Амура, запасы рыбы стремительно падают.

— Подходы лососёвых в Амур в последние годы снижаются, а прогнозы на вылов были несоразмерно велики по сравнению с имеющимся запасом, — рассказывает Ольга Чеблукова, представитель Амурского филиала WWF. — Из-за необоснованно завышенных квот рыбаки в устье Амура каждый год останавливают и ту часть рыбы, которую нужно было бы пропустить на нерестилища.

В этом году не зашли на нерест горбуша и летняя кета. На очереди популяция осенней кеты. При полном истреблении лососёвых под угрозу встают жизни коренных амурских народов, в основе культуры и этнического питания которых — кета и горбуша. Огромная проблема и с бурыми медведями, которые во время нереста запасаются основными запасами жира на зиму. Из-за того, что нерестилища пусты, звери уже пошли в селения Хабаровского края — на помойки и  кладбища.

Корреспонденты решили проверить, как идёт рыбалка в Комсомольске-на-Амуре, и съездили в посёлок им.Менделеева, где расположена самая массовая стоянка рыбаков. Мы побывали там 17 сентября около 8 часов утра. Многие уже проверили сети, выставленные ещё с вечера.

Приём оказался весьма неласковым. Некоторые рыбаки даже проявляли агрессивность. Оно и неудивительно – ведь именно журналисты несут всю ответственность за то, что рыба до нашего города почти не дошла. А то, что она действительно не торопится в сети, было видно по трём мешкам с добычей. На глаз – в лучшем случае шесть хвостов.

— Раньше путина начиналась с 3 сентября, а сегодня уже 17-е. Рыбы нет, — горячится один из наших собеседников. – Сети проверяем, а там ничего. По хвосту с каждой достаём, и всё.

Агрессивность, обусловленная низкими уловами, достигает таких масштабов, что нас начинают выдавливать со стоянки.

— Уходите, здесь частная территория. Я опасаюсь за сохранность лодок, — заявляет другой рыбак.

Я не спорю. Конечно, два журналиста, один из которых женщина, действительно представляют серьёзную угрозу для десятка крепко сбитых мужиков. Но с другой стороны, как частной может быть территория,  находящаяся  по ту сторону защитной дамбы, которая является затапливаемой зоной?

Предлагаем рыбакам озвучить проблему – рассказать о том, как действительно обстоят дела с рыбалкой, и высказать своё личное мнение по этому поводу. Все как один отказываются. Боятся. И в то же время накал агрессивности не стихает. Особенно усердствует тот самый «собственник». Отойдя на безопасное расстояние, громко отсылает нас в Амурский лиман – поговорить с «москвичами, которые вылавливают всю рыбу».

На этом разговор закончен. Высказав нам весь накопившийся негатив, рыбаки теряют к нам интерес и расходятся в разные стороны. Мы тоже сворачиваемся, не найдя для себя конкретных собеседников. На душе гадко и тревожно. И не только от грубости, но и от осознания надвигающейся «рыбной» катастрофы.

В номере за 1 сентября мы публиковали материал Виктора Марьясина, в котором фигурировали прогнозы ХабаровскНИРО на объём вылова лососёвых – 13 тысяч тонн. Исходя из этого прогноза были выданы квоты на промысел рыбы различным промышленным предприятиям, рыболовам-любителям и представителям коренных народностей. Однако уже тогда эксперты и общественники не разделяли оптимизма властей по части осенней путины.

Например, Любовь Одзял, президент краевой Ассоциации КМНС, заявляла, что прогнозы вылова завышены в несколько раз. И подтверждением этого стали итоги летнего лова горбуши – она практически не зашла в Амур. На очереди – кета, которая тоже не спешит на нерест. При этом число заездков год от года не снижается, а только растёт. В 2019 году в низовьях их стояло 14, в 2020-м — 19, а в этом — уже 21.

— Только что вернулись с нерестилищ на реках Николаевского района – Лича, Камора, Верхняя Патха, Нижняя Патха, — говорит Любовь. — Всё очень грустно, жители района голодные, рыбы фактически не было, даже от браконьеров. У местных жителей, особенно коренных малых народов, настоящий мандраж: организм требует хотя бы немного свежепойманного лосося, но нет даже обычной рыбы. Для них это настоящая трагедия.

Но это итоги летней путины. Похоже, осенняя не только не сможет компенсировать потери и снизить уровень депрессии рыбаков, но и усугубит ситуацию.

Как видим, ничто не колышет чиновников. Они с завидным постоянством стремятся не только отдавать максимальные квоты промышленникам, но и сквозь пальцы смотрят на массовый вылов рыбы с помощью заездков. При этом заявляют о масштабных планах по вылову. Такими темпами наш регион скоро столкнётся с ситуацией, которая сложилась на Камчатке в 1950-х годах, когда из-за массового, практически грабительского лова с помощью дрифтерных сетей популяция лосося упала в сотни раз. Он практически перестал заходить в камчатские реки. Это, в свою очередь, привело к падению промысла рыбы и разорению рыболоведческих колхозов.

Что же касается настроения рыбаков, то хорошо, конечно, отыгрываться на журналистах. Потому что они в ответ ничего не сделают. Однако, с другой стороны, если трусливо молчать в тряпочку и проявлять настроение «как бы чего не вышло», ничего в жизни не изменится, а уловы как падали, так и будут падать, пока не сойдут на ноль.

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика