Иногда в социальных сетях в ходе идеологических битв я говорю, что в России фактически нет оппозиции. Нет, я не прав, пожалуй. И свою неправоту я обнажаю с огромным удовольствием. Оппозиция в России есть, и это понимаю не только я, но и власть. И, как ни странно, продемонстрировали это явление первомайские демонстрации. Собственно, чего я удивляюсь? Ведь демонстрации потому так и называются, что просто обязаны что-то демонстрировать.

А демонстрируют наши демонстрации и ещё кое-что. Они показали, что власть не просто признаёт наличие оппозиции, а по-настоящему боится её. А иначе как ещё объяснить те репрессивные меры, которые были проведены против участников шествий – избиения и задержания?

Мы как-то уже свыклись с мыслью тихого возвращения советских порядков – карамельные первомайские шествия, сладенькие речи о единстве, людях труда, всеобщее воодушевление, музычка советских композиторов. Правда, особенного какого-то праздника на лицах идущих на демонстрацию комсомольчан я не заметил. Ну, да, если видят камеру, направленную на них, люди улыбаются, машут ручками, но проходят мимо, и снова в глазах скука, озабоченность, серьезные мысли. Следуя современному интернет-мему, можно сказать «лица такие, будто Крым не наш».

Но на то и глубинка, чтобы замедленно реагировать на тренды. Совсем другая жизнь бурлит в центральных регионах России. Да, там люди тоже идут на первомайские шествия, но с каким-то другим настроением. Кто-то организует монстрации – этакий эрзац оппозиционности. Здесь абсурдные лозунги можно воспринимать двояко, но люди с профессиональным отсутствием чувства юмора, который, видимо, прописан в должностных инструкциях полицейских и чиновников, просто обязаны понимать буквально.

А кто-то открыто демонстрирует своё конституционное право выражать несогласие с правящей властью. Ну и получают, конечно, по первое число. И для этого совершенно необязательно как-то провоцировать правоохранительные органы. Даже идя в согласованной колонне, в отличие от провластных формаций просто окружённой ОМОНом, достаточно крикнуть «неположенный» лозунг вроде «пропускай!» или спортивно-региональный «Путин, лыжи, Магадан!», как тут же борцы с преступностью и экстремизмом кидаются в атаку, калеча людей и пакуя их в автозаки.

Нет, ребята, вы как хотите, а я восхищён! Никто так не способен дискредитировать власть и правоохранительные структуры, как сама эта власть и сами эти структуры. Сегодня уже не те времена, когда запретами удастся сдержать протест. Да, можно имитировать функцию сфинктера, но держать его мышцы в тонусе постоянно совершенно невозможно. На самом деле нынче репрессии способны лишь раззадорить противоположную сторону, привести ситуацию к полному абсурду, когда каждый шаг по закручиванию гаек рождает если не открытое противодействие, то новые мемы, новые протестные идеи, причём масштабы возрастают многократно.

Это социальный эффект, сходный с так называемым эффектом Стрейзанд. В своё время эта актриса решила по суду слупить огромные деньги с фотографа, который опубликовал в интернете снимок её дома. В результате, если перед подачей иска фото хибары было скачано всего шесть раз, то после придания этой истории огласке число желающих посмотреть, как живёт звезда шоу-бизнеса, достигло 420 тысяч пользователей!

В условиях же России, где благосостояние народа стабильно падает, а число запретительных законов возрастает, масштабы протестов тоже будут расти пропорционально действиям государства. Правда, скорее всего, он будет реализовывать себя больше в сети в силу вообще огромного запаса покорности россиян. Но на подходе вступление в действие закона об ограничении российского сегмента интернета. А если у народа не будет клапана для выпуска пара, рано или поздно сфинктер не выдержит давления. И не дай бог, если это произойдёт не в туалете, а где-нибудь на производственном совещании…

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial