Один из аргументов, который предъявляет либеральная российская общественность своим оппонентам, является утверждение, что если в России так хорошо, то почему люди едут в США, а к нам никто не едет?

Ответ на самом деле лежит на поверхности, просто в свое время либералам не надо было прогуливать в школе занятия по истории.

  1. Соединенные Штаты исторически были и все еще остаются страной эмигрантов. Таких изначально сформировавшихся на эмигрантской волне стран в мире по пальцам пересчитать: США, Канада, Австралия, Новая Зеландия. В большинстве своем экономика этих стран завязана на привлечение рабочей силы из-за рубежа. В какой-то степени к эмигрантским странам можно причислить некоторые государства Южной Америки.
  2. В плане эмигрантских настроений не последнюю роль имеет репутация страны, сложившееся о ней мнение в умах обывателей других стран. В 20-м веке Россия заработала репутацию страны «коммунистов-безбожников», где нет ни свободы личности, ни частной собственности. Ну а какой нормальный человек поедет в страну с таким набором жизненных перспектив? Разве что упертый марксист с «с Лениным в башке и с наганом в руке».

Однако годы идут, времена меняются. И вот уже Россия становится вполне нормальной страной, куда можно приехать и жить. И потянулись люди. Не таким бурным потоком, как в США, но ведь и десятилетия наработанной репутации в один день не изменить, да и русский язык надо знать, а учить иностранные языки те же американцы не очень-то и стремятся, также как и россияне.

Первыми ласточками переселенцев можно считать переезд староверов из Боливии в Приморский край. А не так давно промелькнула новость, что в Россию хотят переселиться буры (африканеры-фермеры).

История африканеров началась 6 апреля 1652 года, когда Ян ван Рибек (Йохан Антонисзон ван Рибек) от имени Голландской Ост-Индской компании основал поселение у мыса Бурь, получившем также название мыс Доброй Надежды (теперь это Капстад или Кейптаун). После голландцев здесь высадились бежавшие от резни французские гугеноты, потом немецкие переселенцы. В современной ЮАР насчитывается почти 4 млн. потомков тех колонистов. По вероисповеданию — преимущественно протестанты, говорящие на африкаанс (смесь южного диалекта нидерландского, немецкого и французского языков).

Буры (от boeren — «крестьяне») считаются субэтнической группой в составе африканеров и консервативный уклад жизни, сложившийся еще на заре переселенчества, хранят свято.

После победы на первых открытых выборах 1994 года Нельсона Манделы возглавляемая им партия, Африканский национальный конгресс (АНК), прекратила субсидирование фермерских хозяйств африканеров, а следом начался отток белых из ЮАР.

Ставший президентом Сирил Рамафоса принял программу изъятия земли у белых фермеров без компенсации, а после объявления о принятии программы «перераспределения земель» случилось неизбежное — всплеск насилия в отношении белых граждан ЮАР.

Уровень насилия в стране в отношении белого меньшинства и без того был довольно высоким: в 2017 году институт AfriForum опубликовал данные, согласно которым после отмены апартеида нападениям подвергся 11 781 африканер, как минимум 1683 человека пытали и/или убили. А по данным Сельскохозяйственного союза Трансвааля, в результате 345 прошлогодних нападений погибло 70 человек — самый высокий показатель с 2008 года.

«Я боюсь за свою жизнь, мой дед был убит на своей ферме,— признался фермер Ади Шлебуш.— Я знаю, что российское сельское хозяйство развивается бешеными темпами, так что сейчас самое время в него вложиться».

За последние 10–15 лет около 1 млн. буров покинули Южную Африку. Предчувствуя расовую войну, африканеры заняты активным поиском новой родины, направляя эмиссаров по разным адресам, в Австралию, Никарагуа, Венгрию, в Россию в том числе.

На сегодня в Россию хотели бы переехать порядка 15 тысяч буров. В качестве места переселения буры рассматривают Ставропольский край, Кубань, Ростовскую область, Крым и Карачаево-Черкесию.

Однако на Юге России нет свободных сельскохозяйственных угодий, Крым плотно заселён по всему южному побережью и не выдержит притока массы новоприбывших, поскольку желающих эмигрировать за рубеж потомков буров около трёх миллионов. Свободные земли в Крыму находятся в центральной, засушливой части, где заниматься сельским хозяйством крайне проблематично, разве что лошадей Пржевальского можно разводить.

В таком случае, почему бы не предложить бурам переехать на Дальний Восток?

Руководитель Клуба юных моряков Андрей Хисматуллин как-то рассказывал о походе кюмовцев по маршруту посёлок Ленинское (Еврейская автономная область) — Хабаровск. Так вот, на двухсоткилометровом участке похода от поселка Ленинское до Хабаровска участникам похода негде было купить хлеб, все села по Амуру практически безлюдные, с началом перестроечных времен население с тех мест стало массово уезжать.

Так почему бы не предложить бурам заселить эти земли? В самом деле, кто их будет заселять? Проектом «Дальневосточный гектар» эти обширные территории не поднять, казачество и сто лет назад было худшим вариантом освоения новых земель, а в  нынешние времена они разве что в Силинском парке на сцене шашками могут махать да песни орать. Молодежь в наше время работать физически не очень-то хочет, им бы что-нибудь офисное, ненапряжное, компьютерно-дизайнерское, накрайняк туризм развивать, где вся физическая работа заключается в заготовке дров к бивачному костру.

Буры же не скрывают, что способны оперативно и качественно наладить фермерское хозяйство практически в любой точке планеты, поскольку все они очень обеспеченные люди, готовы освоить русский язык, историю, интегрироваться настолько, чтобы стать полноценными гражданами страны.

Селиться они хотят общинами, при этом готовы построить все сами — больницу, церковь, школу, дома.

В чем же заключаются проблемы переселения?

  1. Сложность эмиграционного процесса. На историческую родину с трудом пробиваются староверы и семиреченские казаки, а тут еще буры.
  2. Как жители Африки буры привыкли к теплому климату, холодные зимы их, конечно, пугают, но они уверяют, что справятся.
  3. Специфика российского землевладения. В России больше распространена не продажа земли, а сдача ее в аренду на 49 лет. Кроме того, владельцем сотен гектаров (а именно такое количество земли требуется для успешного хозяйствования) можно стать только при отмашке сверху.
  4. И, наверное, самое главное, — равнодушие местной власти. Мало кто на деле, а не на словах хочет развивать Дальний Восток. Для примера, из всех советских первых секретарей обкома КПСС Амурской области, из всех постсоветских губернаторов лишь один остался на амурской земле.

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика