Вот уже вторая по счёту вакцина от коронавируса появилась в России. Об этом объявил недавно президент Владимир Путин. Минздрав России и вовсе выдал разрешение на клинические испытания уже третьего препарата. А министр здравоохранения Хабаровского края сказал, что к нам в регион вот-вот поступит первая партия новой вакцины, которой нет ещё ни в одной стране. Похоже, нас ждёт настоящий медицинский прорыв. Или нет?

Кто последний за вакциной?

Пока весь мир проводит испытания своих вакцин, у России уже готова не одна, а целых две. Казалось бы, все должны выстроиться в очередь к нам за чудодейственным препаратом, да вот беда – мало кого впечатлили заявления российских медиков. Почему? Сами посудите: медицинское сообщество мира было всерьёз обеспокоено тем, что вакцина у России вроде как есть, а данных по полному курсу её испытаний нет. И запросы на предоставление информации производителю – центру имени Гамалеи – ничего не дают. Молчат наши гении фармакологии, боятся, видимо, выдать корпоративные секреты. Единственное, на чём можно строить хоть какие-то выводы, это статья о вакцине в журнале Lancet.

Российская вакцина есть, а данных об испытаниях нет

Почему же зарубежные медики высказывают скепсис относительно нашего чудо-средства? Да потому, что только клинические испытания любого препарата без учёта времени на его создание занимают не меньше года, причём именно к вакцине самые жёсткие требования по части качества предварительных исследований и опробовании на добровольцах. Это значит, что при условии хотя бы полугодичного цикла разработки вакцины её готовая к массовому употреблению форма может появиться в лучшем случае лишь в августе 2021 года. Но Россия и здесь впереди всех: восемь месяцев на всё – от начала работ до испытаний 7 месяцев. И вот уже нате – сразу три вакцины, а не одна. Бросайте чепчики в воздух, вирус побеждён, осталось только ждать, когда массовая вакцинация даст реальные результаты. Правда, гораздо реалистичнее выглядит сценарий того, что подобные темпы создания вакцины обусловлены политическими мотивами. То есть, дайте нам любой результат, даже ненадёжный, мы покажем, что с нами нужно считаться.

Давайте будем реалистами – разве в стране, где военные расходы ровно в 10 раз больше, чем затраты на гражданскую науку, возможны какие-то исследовательские прорывы? Как можно рассчитывать на серьёзные открытия, если Россия по государственным затратам на одного исследователя находится на 47-ом месте в мире? Тут уж не до жиру – не то что о полёте к Марсу или создании лекарства от рака, но и о более скромных достижениях думать нет смысла.

Даже сравнивать это наше почётное 47-ое место с другими странами – дохлый номер. Сейчас объясню, почему. Дело в том, что в этом рейтинге речь идёт именно о бюджетных затратах на науку. В то же время заместитель Председателя Счётной Палаты Галина Изотова, оценивая положение российской науки, заявила, что в развитых (и не очень) странах значительные вливания в научные исследования, помимо государства, делает бизнес. А если учесть, что в России доля коммерческих инвестиций в НИОКР исчезающе мала, получается, что даже наша заветная цифра 47 рискует превратиться в 60, а то и в 70.

Ну вот давайте возьмём те же лекарства. У жены одного моего знакомого тяжёлое заболевание. Настолько тяжёлое, что операцию пришлось делать в Южной Корее, там же нужно было покупать и лекарства для реабилитации. На вопрос, можно ли использовать российские аналоги, которые дешевле и достать их проще, корейские врачи сказали, что можно, но в этом случае результат не гарантирован. Наши препараты непредсказуемы, поэтому практически невозможно прогнозировать темпы выздоровления и, исходя из этого, планировать курс применения препаратов весьма затруднительно. Ну, вы поняли – пейте, но поможет или нет, чёрт его знает.

Молитва от космической радиации

А хотите, возьмём другую научную сферу. Вот, космонавтику, например. Как вам такая новость от «Известий»: «космонавт Рыжиков возьмёт с собой на МКС Евангелие и горсть русской земли»? Новость свежая – датируется вовсе не 1896-ым годом, а 24-ым сентября 2020-ого. Безусловно, религиозная литература и мешочек земли – самый нужный груз в научной экспедиции. А то, что космос является всё-таки территорией науки и высоких технологий, это оспорить невозможно.

Это не православный батюшка, а тот самый космонавт Рыжиков — завсегдатай не только экспедиций к МКС, но и многочисленных православных храмов

Наши космонавты, похоже, не лыком шиты – там, где сдадутся эти самые технологии, в дело пойдёт религиозная подмога. Почему, скажем, в МКС регулярно дыры образуются? Потому что до сих пор никто не додумался взять туда святое писание и горсть земли матушки-России. Вот иконостас давно уже существует в российском сегменте, а Евангелие ещё надёжнее. Если не помогут молитвы в борьбе со свищами в обшивке, можно томик к дырке приложить, и станция перестанет терять кислород.

Боль моя — Япония

Ну или вот более приземлённый случай. Приходит к нам в редакцию преподаватель одного из вузов города — доцент, доктор технических наук, то есть представитель высшего образования и даже науки. Но беседа у нас с ним была не о фундаментальных исследованиях, и даже не о проблемах образования, а об астрологии. Увлечение такое у человека. Настолько серьёзное, что разговор пошёл о глобальных предсказаниях ближайшего будущего.

Преподавателя беспокоила надвигавшаяся катастрофа. Дескать, звёзды ему рассказали о том, что 20 июня нынешнего года (а разговор происходил в мае) в Японии произойдёт разрушительное землетрясение, в результате которого эта островная страна полностью уйдёт под воду. При этом большая часть жителей утонет, а 20 миллионов переплывут Японское море, доберутся до российского Дальнего Востока и навсегда осядут кто в Приморском, кто в Хабаровском краях. Такое нашествие мигрантов пагубно скажется на и без того хилой экономике региона. Впрочем, возможно, я путаю, и речь шла не о двадцати, а о двух миллионах, но, думаю, вы сами понимаете – в нашей ситуации порядок цифры особого значения не имеет.

20 миллионов японцев, оставшихся без Родины — что может быть хуже для Дальнего Востока?

Спасти Японию, конечно, дело святое, но не реальное. Зато Хабаровский край, по мнению преподавателя астролога, мог бы побороться за своё существование, а для этого необходимо было бить во все колокола, трубить в трубы и писать во всех газетах. Я осторожно попытался уточнить, действительно ли мой собеседник хочет рассказать всем о надвигающейся катастрофе? Понимает ли он ответственность за подобные заявления, если апокалипсис не случится? На что получил вполне адекватный ответ: да, вполне возможно, что землетрясения не будет, что ни один японец не пострадает и что ложное предсказание, растиражированное СМИ, приведёт к весьма пагубным последствиям для всех, кто возьмётся об этом рассказать. Однако последний довод меня просто убил: «Но ведь говорить о катастрофе надо, потому что вдруг всё будет так, как говорится в пророчестве!». Перед расставанием гость рассказал мне о том, какая судьба меня ожидает в будущем. Приоткрою вам тайну – август для меня обещал быть рискованным периодом жизни, и если бы я его пережил, то в дальнейшем моя жизнь была бы вполне благополучной.

Думаю, у всех в памяти остались события нынешнего лета, каждый знает, что никакого землетрясения не произошло, никто из жителей Страны Восходящего Солнца не погиб в ужасной катастрофе. Для меня август тоже прошёл вполне благополучно. Звёзды, видать, передумали топить Японию и убивать меня упавшим с крыши кирпичом. История вполне тянет на анекдот, однако уверяю вас, дорогие читатели, всё было именно так. Тем не менее анекдотичность ситуации послужила поводом для шуток на последующие несколько месяцев.

Вместо эпилога

К чему это я? Да к тому, что в стране, где научное сообщество уповает на высшие силы, а преподаватели университетов увлекаются антинаучными предсказаниями, в принципе не может быть никаких прорывов. Ну разве только астрологические и религиозные. Потому что в них идут реальные инвестиции, в отличие от науки. Религиозные организации финансируются прихожанами, а астрологические «исследования» клиентами хиромантов, то есть, по сути, такими же прихожанами, верящими, что всё человечество делится на 12 частей, для каждой из которых существует определённый жизненный шаблон с некоторыми вариациями.

Пока государство не переломит эту ситуацию, пока не поймёт, что обсерватории и лаборатории для нас важнее, чем ракеты с непредсказуемой траекторией полёта, автозаки, церкви и знаки Зодиака, мы так и будем неуклонно скатываться к полицейскому режиму и мракобесию. И ситуация с сомнительной вакциной рано или поздно будет нам казаться настоящим прорывом. Впрочем, ненадолго. Со временем мы от лекарств перейдём к иконам и амулетам, а вакцинация всё чаще будет заменяться крестными ходами.

Об авторе

В средства массовой информации пришел целенаправленно, уволившись с военной службы. Работал в городской телекомпании, корпоративной газете «За сталь», сегодня является главным редактором газеты «Дальневосточный Комсомольск». Определяющим принципом журналистики считает объективность.

А ещё у нас есть

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика