В обнимку с бессонницей,
Или почему Комсомольск и Хабаровск беспокойнее Москвы

Кто из нас в разгар недавней летней жары не ощущал себя селёдкой на сковородке? По-хорошему им завидую. Лично меня допекала не только жуткая духотища, но и периодический недосып. Это когда после десяти вечера невозможно спокойно уснуть по вине нескончаемых уличных криков, визгов, автосигналов, грохочущей музыки, лая собачьих свор и прочей шумовой свистопляски. Обычное дело для старых спальных кварталов, где ни повсеместного освещения, ни тем паче видеонаблюдения и куда полицейские экипажи в профилактических целях затемно практически не заходят.

От балалаек до «патефонов»

Не сочтите меня за брюзгу: в юности слыл заядлым озорником в своём родном крымском посёлке. И меня справедливо одергивали. Но там всюду парки, скверы и частный одноэтажный сектор. Здесь же преобладание многоэтажных высоток, и достаточно двух соловьёв-разбойников, чтобы лишить сна сотен людей. Особенно коротким тёплым летом, когда молодёжи хочется «подвигов».

Наши прадедушки и прабабушки на деревенских околицах после нелёгкого трудового дня пели, играли, плясали под гармошку и балалайку, без похабщины и попоек. На смену задушевным кадрильным вечёркам пришли сборища собутыльников на придомовых детских площадках. Или прямо в квартирах, тогда целый дом начинает ходить ходуном. В соседнем общежитии как-то раз один из жильцов не выдержал и начал палить из ружья по шумной компании. Хорошо, обошлось без жертв.

Да и днём какой-нибудь неопохмелившийся меломан может поставить на уши своим «патефоном» целую улицу. И зачастую некому урезонить, поскольку каждый обыватель обычно сам по себе, за исключением хорошо организованных коммерсантов, спортсменов, силовиков и национальных диаспор.

Как их урезонить?

Объединить жильцов могло бы самоуправление, но оно официально начинается и заканчивается аж на уровне городской Думы. В ней 34 депутата на шестьсот десять тысяч населения Хабаровска или 25 народных избранников в Комсомольске. Для сравнения: в любой деревне, где за сто душ, семь народных избранников. Так что у себя в микрорайоне своего депутата я ни разу не видел, как и своих участковых, которые быстро меняются.
Есть избираемые товарищества собственников жилья, в них порядка обычно больше, народ не настолько разрознен, но и ТСЖ не вправе привлекать полицию к предупреждению нарушений и спрашивать с неё по итогам работы, как когда-то сельсоветы и райсоветы. По-хорошему каждому микрорайону до семи тысяч жителей функционально необходим выборный территориальный орган со своим правлением, старостой, своим бюджетом для местных задач и с участковым опорным пунктом для ежедневного взаимодействия, вплоть до создания муниципальной полиции и добровольных дружин. Без микрорайонных общин, отвечающих и радеющих за свой город, его развитие как солидарного организма, а не аморфной массы попросту невозможно.

Дома нельзя, во дворе можно

Мечтать не вредно, а пока сам иногда вынужден делать замечания и внушения. Помогает, но не всегда. Недавно пришлось вызывать полицию. Одновременно с изумлением выяснил, что шумовые атаки со стороны улиц, переулков, дворов на жилые дома, согласно краевому Административному кодексу, не относятся к наказуемым действиям. Формальным нарушением считается, когда непосредственно в жилом доме кто-то кричит, грохочет или распивает во дворе алкоголь, поскольку двор является общественным местом.

Получается, что шуметь внутри дома нельзя, а за его стенами сколько угодно. Полный абсурд! В Москве на этот счёт достаточно здраво определились ещё в 2002 году принятием городского закона «О соблюдении покоя граждан и тишины». Им определено, что защищёнными от шума территориями являются все жилые дома, социальные учреждения, а также площадки микрорайонов с придомовыми участками.

Председатель комитета краевой Законодательной Думы по взаимодействию с правоохранительными органами Игорь Гудин пояснил, что Москва и Петербург – города федерального значения и на них распространяется федеральный Административный кодекс. В отличие от столиц в Хабаровском крае обеспечение тишины закреплено за муниципалитетами, а для принятия краевого закона эти полномочия предстоит включить в краевой Административный кодекс. По словам Гудина, ряд муниципальных районов уже выступил с инициативой принятия такого закона (видать, и их уже допекло!), и сейчас вместе с минюстом, прокуратурой, полицией предварительно прорабатывается возможность практического решения этой проблемы. Гудин полагает, что в первом квартале 2022 года закон о тишине будет рассмотрен краевой Думой.

Давно пора! И не только в Хабаровске.

— Аналогичная ситуация у нас в Комсомольске, – сообщает по телефону депутат его городской Думы Михаил Тачалов. — Микрорайоны Дружба и Амурсталь, которые я представляю, такие же шебутные, как и спальные кварталы Хабаровска. Не в последнюю очередь из-за дефицита возможностей для нормального культурного досуга. За квартирный шум спрашивают на административной комиссии, за уличный ответственность не предусмотрена.

По словам заместителя председателя городской Думы Виктора Бочарникова, самые беспокойные окраины Комсомольска, в центре немного получше. Но в целом ситуация оставляет желать лучшего. Жители часто жалуются на звуковой беспредел.

— В краевом Административном кодексе есть статья за нарушение ночной тишины, но полиция, выезжая на вызовы, не всегда составляет протоколы о нарушениях, — говорит Виктор Бочарников. — Между тем, между правительством края и УМВД есть соглашение, по которому патрульно-постовая служба имеет право составлять протоколы о нарушении ночной тишины. Чтобы зафиксировать сам факт нарушения, наряд должен приехать без промедления, что из-за нехватки патрульных экипажей проблематично. Проблема уличного и соседского шума неоднократно поднималась на городской Думе, и краевой закон о тишине несомненно нужен. В нём должно быть чётко приписано его исполнение конкретными должностными лицами, фиксация источников шума, чтобы закон был не декларативным, а действующим.

От себя добавлю: речь идёт не о стерильном безмолвии, ведь мы с вами сотканы из эмоций, рождены общаться и радоваться. Главное – знать меру. Кто-то буянит от невоспитанности, кто-то от безнаказанности и безделья. Одним махом тишину не вернуть, но очертить границу дозволенного, чтобы в любое время суток каждый имел законное право по-человечески отдохнуть, – краевым законодателям, несомненно, под силу.

Виктор МАРЬЯСИН

Жизнь в тишине

Согласно действующим санитарным правилам, уровень посторонних шумов в жилых комнатах не должен превышать 45 децибел днём и 30 ночью, на прилегающей территории – 60 и 45 соответственно. Но практика применения этих гигиенических нормативов остаётся противоречивой.

В большинстве регионов установлена ответственность за нарушение тишины и покоя граждан. При этом никем не определена допускаемая громкость, превышение которой карается порой многотысячными штрафами.

Сами региональные законы в большинстве случае не определяют ни понятие шума, ни допустимую громкость. Поэтому сам факт совершения правонарушений оценивается, как правило, субъективно. Например, штраф в две тысячи рублей наложили на жителя Пермского края Александра Боталова: находясь на производственной базе, он управлял специальными механизмами, мешая отдыхать проживающим в расположенном поблизости многоквартирном доме.

В свою очередь, за соблюдением гигиенических нормативов следит Роспотребнадзор, федеральным законодательством определена и административная ответственность за их нарушение. Однако практика применения таких санкций в разных ситуациях может кардинально различаться.

Так, 10-тысячный штраф наложили на ОАО «Российские железные дороги» – превышение допустимого уровня шума эксперты выявили в расположенных в 9-22 метрах от сортировочного парка станции Лиски Воронежской области жилых домах. Отрицая правонарушение, железнодорожники указывали, что станция построена аж в 1866 году, тогда как жилые дома появились только в конце 40-х годов XX века. Но суд не принял эти доводы, вынеся заключение о том, что ОАО «РЖД» несёт ответственность за движение поездов и обязано соблюдать требования законодательства по охране окружающей среды, санитарно-эпидемиологического законодательства.

А вот Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области в похожей ситуации вынес противоположное решение. Нарушения гигиенических нормативов были зафиксированы в жилых домах в посёлке Понтонное, построенных в нескольких метрах от железнодорожного полотна. Служители Фемиды пришли к выводу, что санитарные правила распространяются только в отношении вновь строящихся и реконструируемых объектов. В результате РЖД освободили от ответственности за шум в старых домах.

С другой стороны, превышение закреплённого в гигиенических нормативах уровня шума является основанием для предъявления требований об устранении нарушений, а порой и закрытия нарушающих покой граждан организаций.

Например, Арбитражный суд Алтайского края обязал ПАО «Россети Сибирь» снизить шум от обеспечивающей электроснабжение района трансформаторной подстанции. Жалобу в Роспотребнадзор по факту повышенного шума в квартире подал проживающий поблизости житель многоквартирного дома. Проведённая санитарным ведомством экспертиза многократными инструментальными замерами выявила факт превышения установленных гигиенических нормативов. Владелец подстанции – ПАО «Россети Сибирь» было привлечено к административной ответственности. Также генеральному директору компании Роспотребнадзор вынес представление в месячный срок «принять меры по устранению причин и условий, способствовавших совершению указанного административного правонарушения.

Использованы данные, предоставленные Агентством правовой информации

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика