Разговор в книжном:

— Здравствуйте. У вас есть Моэм?

— Эээ… (мучительная работа мысли написана на лице) Как вы сказали?

— Моэм.

— Джордж?

— Насколько помню, Сомерсет.

— Он… Он (робкая попытка) не наш?

Я хотела съязвить, что мол, конечно, наш, ведь Моэм явно русская фамилия, но не стала. Девочка действительно не знала такого автора. Это всё я сама виновата. Решила поискать дружищу Сомерсета на наших книжных полках. Далее мы попытались найти его, определив годы жизни и место проживания. Кое-как нашли две штуки «Подводя итоги». И… И всё. Я продолжила штурм бедной девочки:

— А Аверченко есть?

— Эээ…

— Наш, наш он. Начало 20-го века. Сатира и всё такое.

— Похоже, что нет.

Кое-как я нашла Аверченко в виде тонюююсенькой брошюры, с небольшими выдержками, цитатами. И… И всё. Я не сдавалась. Я так хотела найти любимых авторов. И подарить одну из моих любимых книг дорогому человеку.

— Боюсь, спрашивать, но… может быть… Алексин?

Мне показалось, девочка меня возненавидела.

— Вы знаете, таких авторов у нас не спрашивают. Вы первая.

Это я уже поняла, поэтому грустно побрела прочь. Нет Алексина! Боже, куда катится этот мир? Алексина, легендарного автора, проникающего прямо в душу, пронзительно хватающего тебя за сердце, чей сильнейший психологизм не может оставить равнодушным. Его просто нет в наших книжных магазинах.

Я шла к выходу и тоскливо разглядывала полки. Женский детектив, криминальный детектив, эзотерика… По дороге наткнулась на Распутина. Ну хоть «Прощание с Матёрой» можно найти, и то хлеб. На этом у меня всё. Пойду в интернете заказывать.

Татьяна ЖИВАЯ

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована

Social media & sharing icons powered by UltimatelySocial
Яндекс.Метрика